Гриневич   Юлия   Васильевна

 

 

Я, Гриневич Юлия Васильевна, родилась в 1971 году в городе Медвежьегорске Карельской АЕС. Мои родители, Терешкины Василий Егорович и Светлана Ивановна, много ездили по бывшему Советскому Союзу, и так случилось, что к тому времени приехали в Карелию.

Отец был по профессии геодезист, строитель, по  душе – настоящий поэт. Его стихи печатались во многих районных газетах.

Так сложилось, что в возрасте одного года меня привезли в Украину в Сарны, к бабушке. А чуть позже сюда переехали и родители с моей старшей сестрой Ларисой.

В семь лет Я, пошла в первый класс средней школы №4. Моей первой учительницей была Бурец Надежда Демидовна, которую Я всегда вспоминаю с теплотой и благодарностью.

А через год Я проступила в музыкальную школу. И хотя по физическим данным, возможно не совсем еще подходила для учебы (была маленького росточка с маленькими пальчиками), но мой педагог по скрипке, Швед Татьяна Николаевна, разглядела, возможно, природную музыкальность и настойчивость.

Закончив с отличием музыкальную  общеобразовательную школы, в 1986 году Я поступила на І  курс Ровенского музыкального училища по классу скрипки.

По окончании училища Я уехала по распределению в Хмельницкую область в город Староконстантинов, где работала в музыкальной школе преподаватель по классу скрипки.

Через год я поступила в Ровенский педагогический институт на муз.–пед. факультет. По окончании института пришла на работу в Сарненский педагогический колледж преподавателем музыки. Работали также в СШ № 4 в 2005-2006 учебном году. Сейчас преподаю в музыкальной школе. Имею семью, двоих детей.

 

Я гляжу на мир из своего окошка.

А в окошке видно мне то солнце, то грозу.

И крадется грусть неслышно кошкой,

Чтобы со мной стереть мою слезу.

 

Я гляжу на мир и понимаю:

Мир – безбрежен, и дело лишь во мне,

Ведь я живу и ничего не знаю

О далекой той, заоблачной стране.

 

Той стране, что манит нас покоем,

Благодатно, миром, тишиной.

Там, где небо вечно голубое,

Не опустошенное грозой.

 

Я живу в своем кокам-то мире,

Жизнью суетливой и простой,

Понимая лишь, что все мы пасажиры,

                В скором поезде, зовущемся «судьбой».

 

Убежать к краю света и … остановиться.

Заглянуть в эту бездну и… 

Не возвратиться.

Бросить все и забыть даже свое имя!

Может быть станет легче?!

Боже, подскажи мне…

 

Душа палає

Душа палає, як той клен палає,

Що восени горить багрянцем на вітру.

Згорає свічкою і попіл розвіває

Туги і салюти...

 

Душа згорає, як полин згорає,

Коли пожежа влітку палить все навкруг.

І  залишається лиш присмак

Жалю і гіркоти...

 

Душа вмирає, як пташиночка вмирає,

Що випала з гнізда і вже ніколи

Не підніметься увись...

 

Душа вмирає кожен раз!

І... воскресає...

 

Памяти отца

 

Однажды в тишине ночной

Я задала себе вопрос:

«Пишу я?» - Нет, я этим не грешу.

Всего лишь в такт попасть пытаюсь

Той затухающей волны,

Чьи позывные чуть слышны

И эхо их почти не различима…

 

Примирив скорбные мечты,

Ми все когда-нибудь представим миг –

Миг погруженья в неизвестность…

И что ж потом? А далее – безвестность.

И нет возврата дням былым.

 

Ещё не вериться, что всё пройдет «как дым».

Еще теплиться робкая надежда,

 

Что нужен здесь ты, ты – незаменим.

Встречались ведь из правил исключенья прежде?

Но не оставит шанса той надежде!

Что бьется в нас, пока живём и мы,

Насмешница – «судьба-злодейка».

Сервет безжалостной рукою

Листочек жизни с дерева бытия.

И будто старую афишу с тумбы театральной

Проказник-ветер унесет шутя.

 

И вот уж новые афиши займут то место.

Так и мы: уйдем в небытие,

Освобождая ниши для новых «баловней» судьбы.